Главная » 2017 » Ноябрь » 18 » Среди книг 9.2. Реальность этноса 2016 (продолжение)
16:37
Среди книг 9.2. Реальность этноса 2016 (продолжение)

Четвертый раздел сборника «Педагогика и идеология формирования гражданской и этнической идентичности в регионах Севера, Сибири и Дальнего Востока» открывается статьей Президента Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока Г.П. Ледкова, попытавшегося соединить прежнюю тему сборника – устойчивое развитие и новую тему – формирование российской гражданской идентичности. Только с 245 страницы сборника «Реальность этноса» читатель наконец-то находит рассуждения о коренных малочисленных народах. И это в сборнике, этим народам посвященным. 
Г.П. Ледков подчеркивает, что ныне «существует острая необходимость разработки новых нормативных актов, а также внесения изменений в действующее законодательство о правах коренных малочисленных народов РФ, в соответствии с требованиями нового времени» . 
Среди актуальных проблем северян автор называет отсутствие порядка определения национальной принадлежности, трудности получения допуска к традиционным ресурсам, слабость правового обоснования территорий традиционного природопользования и фактическое исключение представителей коренных народов из процессов принятия решений о промышленном освоении северных территорий. Отмечается и снижение финансирования на социально-экономическое развитие коренных народов, необходимость восстановления регулярного статистического наблюдения их социально-демографического и экономического положения.
Одну из проблем, названных Г.П. Ледковым, рассмотрел Вице-президент Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока М.А. Тодышев. Она состоит в том, что по Постановлению Правительства РФ от 8 июля 1997 г., № 828 требуется документальное подтверждение принадлежности к коренному народу, без которого невозможна реализация основных прав коренных малочисленных народов, определенных в ФЗ-82 от 30 апреля 1999 г. «О гарантиях прав коренных малочисленных народов РФ». «В итоге сложилось такое положение, – политкорректно замечает автор, – когда присутствие представителей коренных малочисленных народов на рыбалках и в охотничьих угодьях без документов, подтверждающих их национальную принадлежность, вызывало и продолжает вызывать у сотрудников контрольных, надзорных и правоохранительных органов справедливые (выделено мной) вопросы. Как правило, в таких случаях улов изымается, рыбаки и охотники признаются браконьерами со всеми вытекающими отсюда последствиями» . Между тем, традиционными ресурсами умеют пользоваться те граждане, которые, не принадлежа к коренным народам, сумели, пользуясь правом гражданина РФ заявлять свою принадлежность к той или иной национальности самостоятельно, получить необходимые документы. М.А. Тодышев предлагает внести изменения в ч. 5 Положения о паспорте гражданина РФ: указать, что «запись о национальности гражданина осуществляется на основании свидетельства о рождении, в котором содержатся сведения о национальности родителей (одного из родителей) или иных документов, в которых указана национальность заявителя» .
Эколого-экономические проблемы природопользования оказались в центре внимания Е.И. Корниловой, представившей их в оппозиции традиционного и технократического на материалах этнографической экспедиции в промышленных районах Якутии. Фактически автор говорит об экологической катастрофе в Западной Якутии, «организованной» промышленниками: 10,93 млн. кубометров древесины1,33 тыс. га пашни, 1,41 тыс. га сенокосных угодий ушли под воду. Гниение затопленной площади привело к заражению р. Вилюй гибели и даже полному исчезновению нескольких видов рыбы . Высокая смертность населения во многом объясняется и прежними ядерными испытаниями в регионе и современной политикой переселений, ввергающих людей в стрессовое состояние. 
Среди предложений автора активное использование экономического стимулирования природоохранной деятельности промышленных компаний, создание советов по этнологической экспертизе с участием коренного населения, увязка компенсационных выплат с размерами и продуктивностью отчуждаемых угодий.
Религиозные движения и проблемы самоопределения тундрового и поселкового населения Ямало-Ненецкого автономного округа рассмотрены в работе Н.В. Цымбалистенко. Автор задается вопросом: почему одни принимают новые для себя религиозные практики, а другие сторонятся и даже конфликтуют с новообращенными. 
Одним из мотивов принятия/непринятия новой веры, по словам самих ненцев, является мотив «удобства/неудобства». Как показывает Е.В. Лярская, фактически у ненцев складываются две культуры – поселковая и тундровая. Новая религиозная идентичность – это составная часть новой поселковой культуры, точно такая же, как «русская» одежда, «русское питание», «русский быт» – в поселке; это «дополнительный ресурс» жизни ненцев в поселке . «Новообращенный занимает определенную социальную нишу в достаточно жестко организованном религиозном коллективе, что ему может быть необходимо, потому что не всегда адаптация к городской среде проходит безболезненно» . «Старая» вера является удобной в тундре, «новая» – в поселке/городе. Конфликты происходят тогда, когда «новую веру» пытаются исповедовать тундровики. Автор вслед за Т.А. Ваграменко и Е.В. Лярской склоняется к мысли о том, что в действительности современный феномен христианизации в тундре свидетельствует не о слабости, а о силе традиционной культуры, способной отвечать на глобализационные вызовы времени.
Основным проблемам этнической социализации в семье у народов Сибири и Севера посвятила свою работу Ю.Г. Кустова, обследовавшая в 2012, 2013 гг. в качестве объекта изучения студентов культурологов и филологов Института народов Севера. Автор пришла к неутешительным наблюдениям: подавляющее большинство студентов не только не знакомы с языком, культурой «своих» народов, многие не знают даже имен своих бабушек и дедушек. К числу серьезных проблем Ю.Г. Кустова относит слабое знакомство молодежи с народными играми и игрушками, позднее трудовое воспитание (удивительным исключением является с. Эржей в Республике Тыва), недостаточное знакомство и невозможность придерживаться традиционного питания. 
Этническую идентичность в самооценках вепсов по материалам обследования 2007 г. рассмотрела З.И. Строгальщикова. Вопрос о значимости национальной принадлежности более важен для вепсов Карелии (80,6% – важен и очень важен) и менее – для жителей Ленобласти (63,2%). Противоречива ситуация с языком. Родным вепсский язык считают 64,5% вепсов, проживающих в Ленинградской области и только 40,3% из числа вепсов Карелии. Между тем доля, полностью владеющих языком, в Карелии выше. Автор объясняет этот феномен тем, что Карелия, в отличие от Ленобласти, не раз переживала массовые трудовые миграции и, в то же время, является центром сосредоточения деятельности по подготовке учебников, обучению преподавателей, выпуску СМИ на вепсском языке; больше здесь и школ, где преподается вепсский язык .
Вепсы Ленобласти, по видимому, мало информированы об усилиях властей по сохранению языка – 87% респондентов затруднились с ответом. А 64,5% на вопрос о перспективах языка высказали мнение о том, что он постепенно исчезнет. В Карелии воздержавшихся набралось только 25%, при этом 67,2% считают, что язык сохранит свои позиции или даже станет равноправным с русским языком .
Наконец, по вопросу о том, должны ли власти учитывать мнение вепсского народа при принятии важнейших решений, в Карелии положительно высказались 88,9%, в Ленобласти только 51,6%.
Завершается статья информацией о переменах, произведенных в национальной политике под влиянием обследования 2007 г. В Карелии началось использование вепсского языка в детских садах, усилилась и работа в школах – в 9 классе введен ЕГЭ по языку, обновляются учебники. В Ленобласти ситуация осталась без изменений, преподавание вепсского языка ведется только на факультативной основе, хотя и здесь есть некоторые положительные приметы: вышел учебник вепсского языка для начинающих, в 2014, 2015 гг. были организованы краткосрочные курсы для взрослых и детей. «Исследование также показывает, что на федеральном уровне должны быть структуры, координирующие этноязыковую политику регионов по отношению к коренным малочисленным народам», – завершает свою статью З.И. Строгальщикова .
Сразу несколько работ, представленных в третьем разделе сборника, посвящены вопросам воспитания детей и молодежи на Ямале. Методы гармонизации этнической и гражданской идентичности в сфере образования ЯНАО представили В. А. Калашникова и Л. А. Украинец. По всей видимости, авторы являются ответственными работниками этой системы. Начинают они с того, что соглашаются с тезисом о «вымирании и деградации северных народов», в то же время, говорят о «пересмотре основ национальной политики», как о свершающемся процессе . 
Далее приводится классификация новых форм обучения: кочевой детский сад, стационарная этническая школа, гувернерская школа, сетевая кочевая школа, этностойбище, характеризуются принципы деятельности кочевой школы. Затем следует оптимистическое утверждение, напоминающее строки из ведомственного отчета: «Во всех образовательных учреждениях округа в последние годы уделяется большое внимание воспитанию у детей уважения к народным традициям, так как этнокультурные ценности представляют собой механизм, аккумулирующий и трансформирующий столетиями отшлифованный опыт народа, который является их носителем (во всех образовательных учреждениях подобного  типа созданы краеведческие музеи, работают кружки по декоративно-прикладному искусству и т. д.). Таким образом, происходит формирование толерантной, поликультурной личности молодого человека, эффективно функционирующей в системе межэтнических и межконфессиональных отношений». Вот так. Какое «вымирание»? проблема решена. 
Точно такая же тема представлена в работе В.Б. Смеречук, написанной как обобщение опыта школы в с. Аксарка. Современные образовательные технологии в формировании полиэтнической культуры школьников описаны Н.М. Сязи: это проектная деятельность, виртуальные экскурсии, квест-технологии, интернет- и диалоговые технологии. Статья Н.М. Сязи, безусловно, будет интересна для учителей.
О роли образования и культуры в воспитании городской молодежи Ямала в духе толерантности написала Н.В. Фролова. Аполитизм, социальную пассивность, отсутствие выражающих интересы молодежи организаций, обострение межнациональных отношений автор предлагает преодолевать гражданственным и военно-патриотическим воспитанием, изучением истории и культуры Ямала. 
Таким же «деятельностным» подходом отличается и заметно более содержательная  статья Е.В. Логуновой, посвященная теме конструирования (!) этнической идентичности. Автор поделилась своим опытом «окультуривания» членов экстремистской националистической организации «Русские пробежки» в Тюмени через то, что сама она называет «традиционной культурой». Не вдаваясь в разбор предложенного понимания традиционной культуры, отметим, что работа автора действительно вызывает уважение и достойна изучения, как работниками образования, социальной сферы, так и правоохранительных органов. 
В.Х. Евай подготовлена статья о работе с одаренными детьми в системе дополнительного образования. Это своеобразный отчет преподавателя-практика, который также заинтересует учителей и работников управления образования. 
Краеведческая работа школьного музея как средство формирования гражданской идентичности и патриотизма представлена в статье Н.П. Овичинниковой, построенной на обобщении опыта работы музея Нарьян-Марского социально-гуманитарного колледжа.  
Анализ проблем гармонизации межнациональных отношений предприняли социологи В.В. Мархинин, В.С. Пуртова и Н.В. Ушаков. Эмпирический материал мониторинга межконфессиональных отношений в Ханты-мансийском автономном округе – Югре позволил авторам высказать ряд содержательных суждений. Во-первых, несмотря на то, что значительное большинство школьников идентифицирует себя с определенными конфессиями, по-настоящему верующими/воцерковленными являются совсем немногие, а, значит нет никаких оснований организовывать в школах отправление обрядов, следовать требованиям той или иной конфессии в отношении формы одежды, пищевых запретов и т. п. Во-вторых, налицо слабое знание детьми, молодежью основ «своей» национальной культуры. «…такая малосодержательность мировоззрения позволяет сводить этнокультурную идентичность к культивированию бытовой ксенофобии», – замечают авторы. Причем это относится не только к тем, кто давно проживает в автономном округе, но и к вновь приезжим. Около 30% респондентов говорит о своем отрицательном отношении к людям той или иной национальности и примерно столько же сочувствует соответствующим националистическим организациям .    
Вместе с тем, заявления молодых людей в духе бытовой ксенофобии парадоксальным образом уживаются с игнорированием ксенофобских установок на практике. Обследования выпускников средней школы Нижневартовского района и Когалыма не выявило ни одной малой группы, построенной по национальному признаку. 
В этих условия, считают авторы, надо искать некое объединяющее молодых людей начало. По их мнению, таким началом может стать «восприятие русской культуры в качестве ведущей и занимающей особое место в общественной жизни»  (выделено авторами). 68% опрошенных молодых людей положительно ответили на вопрос об отношении к русской культуре: «отношусь с уважением и считаю, что русская культура должна занимать ведущее место в нашей стране» . Нужно усилить и скоординировать пропаганду русской культуры, причем, отнюдь не только в русской среде. Точно так же, по мнению авторов, следует поддержать и преподавание курсов, знакомящих школьников с основами традиционных религий. 
Возможности региональной составляющей в формировании гражданской идентичности учащихся на уроках культуры народов Севера представлены в работе Е.А. Горячевских. Опираясь на Концепцию реформирования российского образования на период до 2010 г., новые ФГОСы, автор считает роль системы образования в формировании гражданской идентичности ключевой, делится опытом работы Угутской школы (Сургутский район ХМАО-Югры) по организации преподавания курса «Культура народов Севера». На опыте этой же школы построена и работа Л.И. Калинчук, посвященная музыкально-театральной деятельности школьников и воспитанию этнической и гражданской идентичности детей. Наконец, весьма обстоятельно описан опыт Угутской школы  по введению этносберегающих образовательных программ для детей коренных малочисленных народов в статье культуролога Н.И. Величко и учителя школы О.А. Дубок. Названные статьи, безусловно, заинтересуют работников образования в регионах Севера, Сибири и Дальнего Востока.
Трансформация этнической идентичности народов Севера в современном мире на примере юкагиров Республики Саха (Якутия) представлена в статье В.И. Шадрина. Автор говорит о заметном росте численности юкагиров и сокращении «предметного пространства их идентичности», последнее явление подкрепляется анализом функционирования классических этнических маркеров. Так, юкагирский язык считали  родным: 1970 г. – 52%, а в 2010 г. – только 23% населения. При этом численность действительно владеющих языком людей идет всего на десятки. С традиционными занятиями связано лишь около 3% юкагиров . Традиционные элементы культуры вытеснены из жизни, представлены в основном в музеях. Широко распространены и межэтнические браки. «Очевидно, что в условиях утраты объективных этнических признаков основой для этноидентификации является этническое самосознание», – делает вывод автор . Решающими факторами, способствующими такой самоидентификации, становятся: доступность добычи биоресурсов – рыболовства и охоты, расширение знаний об истории и культуре народа, современная политика поддержки народов Севера, деятельность национально-административных органов самоуправления и общественных организаций . 
Процессу становления математической терминологии у эвенков через расширение значения исконных слов, словосложение и суффиксацию посвятила свою статью М.Д. Дьячковская. Изучение природных сакральных мест как компонент этнокультурного образования в нанайской школе представлен в работе Т.Д. Булгаковой и Е.Н. Бельды. Авторы рассказывают об организации совместной исследовательской работы учителей и учащихся школ Нанайского района Хабаровского края, посещениях старожилов, обследовании природных объектов, выявлении сакральных мест нанайского народа. Касаются Т.Д. Булгакова и Е.Н. Бельды и проблемы осторожного, бережного отношения к самим этим местам, отмечая наличие у старшего поколения национального учительства представлений о нежелательности и даже опасности моделирования духовных практик прошлого в этих местах .
В.С. Федоренкова и Э.В. Иванова размышляли о формировании гражданской идентичности у студентов на примере деятельности студенческих объединений в Институте народов Севера, где на кафедре алтайских языков, фольклора и литературы накоплен определенный работы студенческого объединения «Север – детям Петербурга». «Совместная творческая деятельность студентов способствует развитию межкультурной коммуникации, повышению социокультурной компетенции, способности и готовности строить межкультурное общение на основе знаний культуры другого народа, учит сопоставлять родную культуру и культуру собеседника – представителя другого этноса, выделять общее и различное в культурах», – считают авторы . 
Неожиданный – гендерный – ракурс идентичности в качестве предмета анализа избрали Л.Е. Сергеева и А.А. Петров, изучающие образ женщины в рекламе СМИ Якутии. Рекламные продукты рассматриваются авторами как проливающие свет на отношения в обществе, в том числе взаимоотношения мужчин и женщин.
Образ женщины в современной рекламе занимает одно из ключевых мест. Л.Е. Сергеева и А.А. Петров объясняют это тем, что он реализует одну из главных составляющих рекламы – эстетическую. В рекламах товаров для женщин редакция журнала «Далбар Хотун» предпочитает показывать образы 30-45-летней матери семейства, хозяйки и в то же время, успевающей следить и ухаживать за собой женщины. Отмечают авторы и определенную регламентацию образа: стройная фигура, длинные волосы, светлая кожа... Выделяются два типа образов: медийные героини, с которых хочется брать пример и «обычные женщины», отдающие себя работе и хобби, вызывающие симпатию. «Издание четко создает имидж якутской женщины – заключают авторы – это целеустремленная, сильная женщина, отдающая себя профессии, следящая за собой, у которой хватает времени на семью и детей» . 
Пятый раздел сборника «Языки, фольклор и литература народов Севера в формировании этнической и гражданской идентичности» открывается работой И.Л. Набока, Л.Б. Гашиловой и Т.С. Назмутдиновой о методике анализа состояния и развития языков народов России. В 2015 г. Институту народов Севера Минобрнауки было поручено разработать названную методику. Авторы называют основные принципы создания такой методики: количество образовательных учреждений с изучением родного языка; количество изучающих родной язык; наличие соответствующих образовательных программ; количество специалистов и др. В заключении подчеркивается, что «поддержка языков коренных народов означает также и поддержку этнической самоидентификации как базы для формирования общероссийской гражданской идентичности, российского патриотизма, сохранения культурных духовных скреп российского общества, достижения единства в культурно-языковом многообразии» . 
Об отношении Константина Симонова к проблеме «единого общечеловеческого» языка, национальных языков и двуязычия написала Г.И. Демидова. Характерная для начала 60-х гг. идея единого для всего населения планеты Земля языке, тезисы о ненужности отдельных национальных языков, в частности башкирского, заставили К. Симонова высказать свое мнение. «Думаю, – цитирует автор Симонова, – что путь к общечеловеческому языку лежит не через отказ от родных языков, а через овладение вторым языком, кроме родного, через абсолютное владение двумя языками…» .
«Фундаментальностью» отличается название статьи социолога М.Б. Глотова «Язык как фактор этнической и гражданской идентификации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока». Автор называет вещи своими именам, пишет о неэффективности национальной политики в отношении коренных малочисленных народов Севера, отсутствии механизмов реализации их прав в вопросах землепользования, самоуправления, развития традиционных видов хозяйственной деятельности, здравоохранения и развития этнических культур. Все это приводит к ослаблению вектора этнической идентификации .
Плохо обстоят дела и в сфере образования. Почти 48% представителей названных этносов имеют только начальное и неполное среднее образование, 17% не имеют даже начального образования. «Особой проблемой является обучение родному языку, который в школах изучают не более 50% учащихся» . Можно заключить, что принятая в 2009 г. «Концепция устойчивого развития коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока РФ» на период 2009–2025 г., по крайней мере, в отдельных своих основных положениях не работает. 
Родной язык как основа формирования позитивной этнокультурной идентичности представлен в работе Л.Г. Возеловой, опирающиеся на некоторые факты популяризации хантыйского языка в Ханты-Мансийске. Этой работе близка статья филолога З. С. Рябчиковой «Роль хантыйского языка в формировании гражданской идентичности». Автор дает краткую характеристику соматической лексики, поскольку она широко представлена в названиях различных явлений культуры ханты.
Филолог А.А. Шиянова проанализировала коннотации прилагательных хантыйского языка, используемых при определении характера человека. К положительным качествам человека ханты относят такие как: разговорчивый, общительный, удачливый, счастливый, поющий, смеющийся. К неодобряемым качествам относятся: бессердечность, необдуманность действий, невнимательность и др.
«Картина мира, отражаемая именами прилагательными, – заключает исследователь, – дает представления хантыйского человека о своем мире, о нравственных ценностях, об общих чертах характера, которые выражаются через поведение; отношение человека к другим людям; волевые качества человека, отношение к труду, делу; отношение к вещам, деньгам, принятых в этом обществе <…>» .
Неопределенное местоимение мансийского языка и его место в предложении показаны в статье С.А. Герасимовой. Выразительные средства в мансийском фольклоре представлены в работе М.В. Кумаевой.
Восточно-саамским диалектам посвятил свою работу С.Н. Терешкин. Непроизводные и производные слова, обозначающие продукты питания, в языке эскимосов анализируются в статье О.Л. Болотаевой и О.Ю. Яковлевой. Специфические проблемы перевода инкорпорированных слов в повести К. Кеккетына «Последняя битва» рассмотрела В.Р. Дедык. 
Социосравнительный анализ состояния родных языков дал в своей работе С.Х. Хакназаров, использовавший полевые материалы по Нефтеюганскму району ХМАО – Югры 2007, 2008, 2012 гг. Подводя итоги, автор отметил, что свободно говорят, но вынуждены использовать русский язык – язык большинства населения – 12,5% респондентов; в той или иной степени владеют родным – 28,57%. Большинство – 72,2% - даже дома говорят по-русски .
О толерантности, пользе расширения понимания людьми иных культур, в том числе через изучение языков, высказался А. А. Петров. 
Этноязыковую ситуацию у орочей России и Китая исследовала Н.Я. Булатова. В заключении она пишет: «При сравнении истории орочон России и Китая мы видим, что одна племенная группа орочон, оказавшись разделенной границами двух государств, стала развиваться  различными путями. В России они отнесены к эвенкийскому этносу, но при этом старшее и среднее поколение эвенков помнят, что они из орочонов, в Китае же орочоны это отдельный этнос. Сложившаяся социокультурная и этнолингвистическая реальность ставит перед этнографической и лингвистической наукой вопрос о пересмотре существующей классификации тунгусо-манчжурских народов и их языков, в которой не нашел отражения факт наличия орочонского этноса и самостоятельного орочонского языка» .
Филолог Н.Г. Зайцева, в предыдущем сборнике 2014 г. обращавшаяся к теме истории языка вепсов, продолжает тему статьей о первом опыте создания эпоса на языке вепсов (!). Суть ее, пожалуй, заключена в следующем вступлении: «Возможно ли создать эпос на языке народа, в памяти которого не сохранилось больших эпических произведений, крупных устных форм <… >. И нужно ли это делать? Возможно ли к этому отнестись, как к еще одной важной попытке поддержать язык и его культуру? <…> Написание произведения стало моментом, давшим возможность поднять из народной памяти многие факты, реальные и нереальные события, обряды, обычаи и легенды, мелодичные языковые фразы и изречения, способные повлиять также и на ревитализацию народа, его языка и культуры» . Позиция автора наверняка вызовет неоднозначную реакцию специалистов.
М.Я. Бармич представила новый, созданный ею, русско-ненецкий словарь, главными чертами которого, по мнению самого автора, является учет такого явления, как развитие языка, в том числе через заимствования, обогатившие словарные разделы, связанные с обучением, наукой, культурой, государственностью, городской и оседлой жизнью. В то же время сохранены в словаре и устаревшие слова и выражения, характеризующие старые, уходящие из быта слова, связанные с религиозным культом, шаманством, некоторыми христианскими обрядами .
Содержательное эссе, посвященное философской топонимике Юрия Вэллы, подготовила филолог О.М. Гончарова. Местоприсутствие и место рождения, свое место – вот мотивы национального сознания северян. О.М. Гончарова анализирует топонимический словарь Юрия Вэллы «Река Аган с притоками», как путешествие к корням и истокам жизни, культуры, как создание геокультурного образа этнического места в глобальном мире, теряющем различия . «Место в книге Ю. Вэллы сближается с человеком и его духовным миром, оно становится антропологичным, а человек соединяется с историей и судьбой своей земли, «родного места» <…>. Топонимика Ю. Вэллы и строится на мифологической сакральности имени как основе миропорядка: земля не должна и не может потерять имена, иначе она исчезнет из космической упорядоченности и обрушит космос этнического бытия» .
Серия статей носит литературоведческий характер.
О литературном творчестве Владимира Санги в связи с проблемой гражданской идентичности размышляют Л. Б. Гашилова и А. И. Гашилов, отмечающие достоинства таланта писателя, сумевшего соединить этническую традицию с достижениями русской и мировой литературы. «Для нивхского народа – пишут авторы об одном из главных произведений В. Санги – «Ығмиф ӈалит во» служит не только источником знаний о былом величии предков, их мудрости и таланте, но и является обращением к потомкам – учебником жизни, который учит жить, соблюдая родовые законы: никого не обижать, почитать стариков, лелеять детей, быть удачливыми добытчиками, не брать у матери-Земли лишнего, не возвышаться над величием природы, всегда помнить – мир людей создан творцом для всех населяющих его в равноправии» . 
Сочетание гражданской и этнической идентичности в романе саамской писательницы Надежды Большаковой «Алхалалай» проанализировала В. Б. Бакула. Автор отмечает, что это первый роман в саамской литературе. «Автор определил жанр романа как эссе, но с полным правом произведение можно отнести к роману-путешествию во времени и пространстве: действие происходит то на Кольском полуострове, то на далекой Камчатке. Жанр романа можно определить и как социально-политический, так как в нем остро ставятся проблемы коренных народов и современной жизни, и как этнографический из-за обилия этнографического материала, кроме того, роман насыщен легендами, мифами, сказками, которые знакомят нас с фольклором саамов и ительменов. В то же время это – роман луввьт, роман-йойка, роман-гимн любви к жизни, своему народу, к его истории, к мужчине, женщине, матери, Родине» . 
Литературоведческий характер носит и работа С. С. Динисламовой, исследующей интерпретации темы «нового времени» в повести мансийской писательницы М.П. Вахрушевой «На берегу Малой Юконды». Автор считает, что существующие в современной литературе оценки творчества М.П. Вахрушевой односторонни. Критики не замечают художественной основы повести, подчеркивающей «всю полноту чувств, чистую искреннюю и глубокую эмоциональность», явившейся «подлинным новаторством М. П. Вахрушевой» . 
Проблему утраты этноидентичности в произведениях юкагирского писателя Геннадия Алексеевича Дьячкова проанализировала В. Е. Чебоксарова. «Творчество Геннадия Дьячкова отражает реальную действительность 70-х и начала 80-х гг. прошлого века. Дьячков разрабатывает тип героев в двух разновидностях: герои-праведники и «вольные люди», утратившие «этнический код», потерявшие ценности народа» . Суть творчества Г. Дьячкова видится автору в том, «что человек, как представитель исчезающего этноса, интуитивно стремится к познанию и утверждению своей самоценности, самой потребности к самосохранению – физическому и духовному» .
Особенности, черты характера Человека «новой» – советской – эпохи в романе Н.А. Островского «Как закалялась сталь» и романе ямальского писателя Ивана Григорьевича Истомина «Живун» выявила С.И. Яндо. Герои этих романов «отвечают всем требованиям, предъявляемым эпохой <…>. Они живут по законам коммунистической этики и эстетики, борются с капитализмом и его пережитками, ведут героическую жизнь. В них крепко заложена безграничная вера и преданность идеалу всеобщего братства и равенства, вера в возможность построения новой, социалистической жизни…» . По всей видимости, это одна из первых проб пера ямальского литературоведа.
Воспитанию экологической культуры школьников Ямала средствами региональной литературы посвятила свою работу О.Н. Пандо, на конкретных примерах показавшая, как используются в целях экологического воспитания те или иные литературные сюжеты.
Г.Я. Косыгина изучает ненецкие предания: о народе сихиртя, малтэӈга и другие. Предания «дополняют картину старых представлений ненцев об окружающем мире <…>, это один из ключей к пониманию закономерностей и принципов этнического своеобразия и многообразия мирового сообщества» .
Шестой раздел рецензируемого сборника называется «Традиционная культура  как пространство этнической и гражданской идентификации». Его открывает работа З.Н. Роник, представляющая собой своеобразный отчет о развитии художественного народного творчества на Сахалине. Подобные тексты находим и у Г.Н. Поздеевой, Н.Б. Дресвянкиной в работах, сделанных на основе обобщения опыта Нарьян-Марского социально-гуманитарного колледжа. Об организации праздника рыбаков  у аборигенов севера Томской области рассказала М.Х. Белянская.
По материалам полевого исследования 2014 г. комплекс неблагоприятных примет эруду в культе эвенков представила С. А. Сорокина. Как можно понять, приметы эруду – это приметы неблагоприятного будущего, становящиеся известными человеку благодаря необычному поведению птиц и животных, некоторым природным явлениям (внезапный ураган, смерч, треск костра). Лучше всего они известны оленеводам и охотникам. Автор описывает наиболее типичные ситуации и заключает: «Бытование примет эруду и рассказов о встрече с духами свидетельствует о том, что духовные основы мировоззрения эвенков сохранились, несмотря на то, что другие жанры фольклора практически исчезли из обыденной жизни» .
Проблеме этнической идентичности айнов Сахалина и Хоккайдо посвятила свою работу Т.Ю. Сем. Роль своеобразной лакмусовой бумажки этнической идентичности сыграли ритуальные палочки икуниси/икупаси, служащие для передачи молитвы и жертвоприношения. На палочках вырезались различные изображения, имеющие разнообразную символику. 
Анализируя палочки (более 200 единиц) из коллекции Российского этнографического музея, автор приходит к выводу о наличии «в представлениях айнов двух типов конструирования мироздания – двоичного (мифологического) и троичного (шаманского), центральными доминантами которых является мировое дерево – вертикаль вселенной и мировая река, ассоциирующаяся с судьбой, жизненным путем человека, мирозданием». Ритуальные палочки «передают пространственные параметры космоса айнов, характеризуют переход из мира людей в мир богов и предков и содержат основные сюжеты мифов и ритуалов» .
Известная исследовательница культуры манси В.С. Иванова подготовила статью «Семантика лексики погребальной обрядности манси». Автор представляет лексику, которую манси используют для обозначения смерти, определения ее возможных причин, описания самого умирания, для названия того человека, который способен предсказать смерть и/или помочь избежать преждевременной смерти. Анализируется и лексика, предназначенная для обозначения мира духов и взаимодействия с ними людей.
Игровой момент в исследовании представлений о душе и духах у селькупов представлен в статье М.И. Федоровой. Автор пытается с помощью герменевтики и логико-семантических концепций исследовать представления селькупов. «Понимание текста предстает как экзистенциальное и вместе с тем игровое событие человеческой жизни, а осмысление прошлой культуры выступает как форма самоосмысления индивида и общества, – пишет М.И. Федорова. – Онтологическое условие понимания – его укорененность в традиции, «причастность» ее бытию как субъекта, так и объекта понимания, способствующая трансляции опыта от поколения к поколению и тем самым обеспечивающая континуум традиции». Игра при этом выступает как познание, через которое осуществляется превращение трансцендентного в имманентное .
Изменения свадебного обряда татар Оренбуржья в 60–70-е гг. ХХ в. представлены в работе М.О. Шамсиевой. «Характерной чертой развития свадебной обрядности 60–70-х гг. ХХ века является свободный выбор тех или иных обрядовых форм. Появился такой тип свадебной обрядности, который вобрал в себя и традиционные и современные формы» . Автор предполагает, что «уже не может сложиться единая строгая форма свадьбы, потому что формирующаяся современная свадебная обрядность имеет иные, отличные от прошлых функции. В частности, на первый план в проведении свадьбы встает создание необычной праздничной атмосферы, которая подчеркивает значимость этого момента для молодых и родственников, что достигается с помощью торжественной регистрации государственными органами и устройства свадебного пира <…> система традиционных свадебных обрядов, основанная на патриархальных отношениях перестала соответствовать новым социалистическим семейно-бытовым отношениям, незрелость которых не давала возможность для правильного и единого выбора обрядовых действий» .
Статья Т.К. Шор, посвященная исследованиям о муроме и мордве первого эстонского этнографа Эрика Лайда (1904–1961) завершает шестой раздел сборника.
Седьмой раздел «Культурно-образовательное развитие коренных народов Республики Коми: проблемы и перспективы. Коми-ижемцы» представлен как материалы круглого стола. Он начинается основной статьей общего характера о коми-ижемцах и движении «Изьватас» и продолжается работами, посвященными отдельным аспектам их культуры и современного бытия. 
Раздел открывается работой Н.В. Рочева. Коми-ижемцы характеризуются как относительно молодой этнос, оформившийся в XVII–XVIII вв. и обладающий смешанными чертами в антропологическом типе, языке, хозяйственных занятиях вследствие смешения и взаимовлияния культур коми, ненцев и русских. «…Они освоили и разработали совершенно уникальную модель оленеводства, совместив в своей культуре кочевые навыки ненцев, бытовую культуру – русских, сохранив при этом культуру этническую – коми-зырян» . 
Автор описывает перипетии истории коми в XIX–ХХ вв., отмечая середину ХХ века, как время, когда «процесс консолидации коми был в целом завершен, и общеэтническое самосознание стало однозначно доминировать над локальным сознанием…» . И далее: «Политическая мобильность этничности, которая началась в конце 1980-х – начале 1990-х гг., привела не только к росту политической активности коми и актуализации общего этнического самосознания, но и способствовала актуализации локального самосознания, формированию этнополитических организаций, основанных на исторической памяти о прежних этнографических группах коми. Крупнейшей  из этих организаций стала Ассоциация коми-ижемцев «Изьватас» .
Ассоциация включилась в общероссийское движение народов Севера. Долгое время она занималась культурно-просветительной, позднее экологической деятельностью. В политику Ассоциация вступила в период подготовки и проведения всероссийской переписи населения 2002 г., призвав своих сторонников заявить о себе переписчикам, как об изьватас (самоназвание коми-ижемцев). В 2004 г. «Изьватас», несмотря на сопротивление властей Республики Коми, была принята в состав Ассоциации коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Современный «Изьватас» – это уже межрегиональное общественное движение, объединяющее коми-ижемцев, организованных по территориальному и этническому принципам в 12 региональных отделениях и землячествах. Объединение активно защищает исконную среду обитания и право на традиционный образ жизни, занимается организацией общественного контроля выполнения природоохранного законодательства компаниями, работающими в районах проживания коми-ижемцев . Последнее направление особенно актуально . Хочется надеяться, что соответствующий опыт «Изъватас» будет востребован и общественными организациями и движениями других коренных малочисленных народов Севера.
Небольшая работа И. Терентьева, посвящена изватас Ямала. Автор говорит об особенностях культуры здешних коми-ижемцев, высказывает убеждение в том, что сохраняется она благодаря занятиям оленеводством.
В.П. Чупров размышляет о сегодняшнем состоянии и будущем ижемского диалекта, рассказывает о проекте «Коми-ижемцы: создание аннотированного электронного корпуса для дальнейших исследований по коми языковым сообществам российского Крайнего Севера», результатом которого станет корпус устной речи ижемского диалекта. Диалект жив. В Ижемском районе Республики Коми на нем говорят 80% населения. В других регионах, где проживают коми-ижемцы, язык имеет статус языка «домашнего общения». Проблемой Ижемского района и других регионов является утрата языка горожанами, вне национального района это так же отказ от языка молодежи. Решать эти проблемы автор предлагает за счет поддержки традиционных отраслей хозяйства, организацию систематических культурных обменов.
Опыт Ижемского районного центра детского творчества по приобщению детей к традиционной культуре коми, изьватас представлен в работе Ел. А. Хозяиновой. Она же уже второй раз (первый в 2014 г.) выступила со статьей о народном празднике ижемцев «Луд». Старинный обрядовый праздник «Ледоход на Ижме» под руководством В.Т. Чупровой представила А. Филиппова, Книги Памяти Ижемского района и проект «Облик старой Ижмы» – Ек. А. Хозяинова. Основное значение проекта, по оценке автора, состоит в том, что с его помощью сохраняется облик исторического центра Ижмы, при этом активное участие в работе принимает местное население, в том числе, молодежь. О привлечении детей, молодежи к сохранению культурных традиций написала и Т.А. Лодыгина, представившая деревянное зодчество коми-ижемцев в краеведческих работах детей. Историю создания детского фольклорного коллектива  «Купальнича» рассказала его художественный руководитель В.Т. Чупрова. В целом, названные работы свидетельствуют о больших усилиях ижемской общественности по сохранению и развитию народной культуры. Думается, работа эта заслуживает не только всяческих похвал, но и изучения; следует рекомендовать поближе ознакомиться с опытом ижемцев общественным организациям и органам местного самоуправления других районов нашего Севера.   
Завершает седьмой раздел сборника и сборник в целом небольшая статья Т.В. Крушинской о развитии малого предпринимательства в Ижемском районе. Коми-ижемцы искони отличались предприимчивостью и хотя Ижемский район – сугубо сельский, заметно уделен от промышленных центров, здесь весьма активно развивается и сельскохозяйственное предпринимательство, и производство переработанной мясо-молочной продукции, хлебопечение – отрасли, имеющие не только экономическое, но и большое социальное значение .
Завершая обзор материалов сборника «Реальность этноса» (2015) выскажу собственные читательские впечатления.
Во-первых, обращает на себя внимание возросшее качество текстов, претендующих на научность. Проскальзывавшие в предыдущих сборниках явно непрофессиональные публикации здесь почти отсутствуют. И это несмотря на заметную «идеологизированность», обусловленную выбором в качестве главной темы российской идентичности.
Во-вторых, сборник, пожалуй, впервые за несколько лет перестал быть «северным»; проблематика, связанная с жизнью, культурой коренных малочисленных народов Севера, перестала быть главной. Это обратная сторона доминирования проблем российского идентитета? Так получилось случайно? Или сказывается известная «усталость темы» в ее прежних прочтениях? Наверное, ответ  покажет будущее. 
В-третьих, кажется, изменился и состав участников. Менее, нежели раньше, представлены «практики» этнических общественных организаций, деятели общин, люди «от земли», способные бескомпромиссно и компетентно говорить о по-настоящему больных проблемах коренных народов. Может, их уже не хотят слушать? Все, что они скажут, уже известно? Или в свете «национальных интересов» это кому-то кажется неуместным?
Но ведь кричащие проблемы никуда не ушли. И просто молчать о них нельзя. Раз болезни есть – их надо лечить, постоянно привлекать к ним общественное внимание. Без общественной поддержки никакая власть не сможет работать эффективно.
И напоследок замечание сугубо «технического» свойства. В отличие от предыдущих книжек «Реальности этноса» в рецензируемом сборнике почему-то отсутствует список авторов. А ведь читателю важно знать, кто пишет ту или иную философскую, педагогическую, культурологическую статью. Является ли автор профессионалом, насколько его мнению можно доверять. Это только нам, читателям, дается привилегия быть дилетантами.

 

Категория: Новинки РГБ | Просмотров: 77 | Добавил: avtor | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Меню сайта
Категории раздела
Вход на сайт
Календарь
«  Ноябрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 575
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0