СЕМИНАРЫ ПО КУЛЬТУРОЛОГИИ

Семинар 1: Культура в перекрестке современных философских теорий


План

1.Эволюционизм.
2.Феноменология культуры.
3.Герменевтика: проблема понимания культуры.
4.Структуралистский подход к культуре.
5.Культура в философии постмодерна.

Темы докладов:  

Культура в творчестве Э. Тайлора.
Культурологические взгляды К. Леви-Стросса.

Литература:

Горбатов А. В., Михайлов Ю. И. Основные школы и концепции культурологи. Учебное пособие. Кемерово, 2000.  С. 50-61.
Грушевицкая Т. Г., Садохин А. П. Культурология. Учебник. 3-е изд-е. ЮНИТИ, 2012. С. 63-97.
Кругликов В. А. Феноменология культуры [Электронный текст] // URL: http://reftrend.ru/1000584.html (дата обращения 20 мая 2013). ИЛИ: URL: http://sbiblio.com/biblio/archive/kruglikov_fenomenologija/ (дата обращения 20 мая 2013).
Никитич Л. А. Культурология. Учебник. М.: ЮНИТИ, 2012. С. 50-60.
Суворова А. Введение в современную философию. [Электронный текст] // URL: http://www.gumer.info/bogoslov_Buks/Philos/Syvorova/_09.php (дата обращения 20 мая 2013). Глава: Философия Ханса Георга Гадамера и философская герменевтика.
Фролов Иван. Введение в философию [Электронный ресурс] // URL: http://eurasialand.ru/txt/frolov1/138.htm (дата обращения 20 мая 2013). Раздел «Возникновение философии и ее культурно-исторические типы», глава «Современная философия: синтез культурных традиций», параграфы «От феноменологии к экзистенциализму и герменевтике», «Постмодернизм как духовное состояние и образ жизни».

Методические рекомендации для студента:

В приведенных текстах найдите материал к каждому вопросу. Прочтите его, попытайтесь кратко сформулировать то главное, что Вы поняли так, чтобы на семинаре уметь дать характеристику понимания культуры, подходов к ее исследованию, свойственных каждому из названных философских направлений. 
Обратите внимание на феноменологический подход к культуре. Феноменологи акцентируют внимание не на вещах-явлениях окружающего мира, а на том, как мы эти вещи и явления воспринимаем, как и какие появляются образы-эйдосы вещей-явлений. В традиционной истории культуры принято изучать творческую обстановку, в которой рождается тот или иной культурный артефакт (художественное произведение, например). Когда мы знакомимся с этим артефактом важно ли знать об этой творческой обстановке, с точки зрения феноменлогии?  
Отсюда "перебросьте мостик" к герменевтике, которая в XIX в. (Шлейермахер) стояла как раз на том, что понять артефакт невозможно, не зная мировоззрения, мирочувствования, каких-то личных особенностей автора. Посмотрите, как переиначил эту позицию Гадамер. 
Читая текст о структурализме, обратите внимание на то, как Леви-Стросс, исследуя первобытные культуры, нашел ответ на вопрос о том, почему основные элементы этих культур очень похожи друг на друга несмотря на то, что носители этих культур не могли контактировать друг с другом.
Наконец, для того, чтобы понять, что такое культура постмодерна лучше всего обратиться к комментариям к роману Германа Гессе "Игра в бисер", в котором культура показана как "культура цитат".  
Подумайте и запищите для себя, какое из названных направлений вам представляется более понятным, более подходящим для исследования культуры и почему.

РАЗДАТОЧНЫЙ МАТЕРИАЛ К СЕМИНАРУ

«Культура на перекрестке современных философских теорий»

ВОПРОСЫ:

  1. Найдите значение слово трансцендентальный.
  2. Найдите значение слова феномен.
  3. Что такое трансцендентальная феноменология?
  4. Сущность реально существует или это образ?
  5. Чем отличаются сущность и образ, вещь и явление?
  6. Какой вопрос заинтересовал философов-гуссерлианцев применительно к культуре?
  7. Существуют ли, по их мнению, артефакты культуры сами по себе, или они живут в нашем сознании?
  8. В чем задача феноменолога, изучающего культуру?
  9. Что такое феноменологическая редукция? Приведите примеры.

       Кругликов В. А.  ФЕНОМЕНОЛОГИЯ КУЛЬТУРЫ

Основания трансцендентальной феноменологии были разработаны немецким философом Эдмундом Гуссерлем, жившем на рубеже двух веков. Вообще, феноменология - это философская дисциплина, занимающаяся анализом и описанием явлений, а трансцендентальная феноменология это область философии, исследующая процесс движения нашего сознания в то время, когда человек находится в состоянии познания, то есть она описывает акты сознания.

Для понимания содержания феноменологии культуры необходимо уяснить некоторые понятия трансцендентальной феноменологии. Следует заметить, что большинство этих понятий было почерпнуто из общего движения метафизики, начиная с античности в линии от Платона - Декарта - Канта.

В познании мира наше сознание направлено на постижение сущности вещей. Но сущность - "чтотость" (лат. quiddidas) - это суть вещи, внутреннее содержание вещи. Сама сущность как бы вневременна и внепространственна, сущность - это то, что есть. Согласно Гуссерлю сущность равна эйдосу (от греч. eidos - образ, вид), то есть сущность вещи есть идея вещи. И для постижения сущности вещей мы должны отличать то, что она есть от того, что есть ее выражение. А выражение сущности и есть то, что нашему умственному взгляду является.

Явление есть фактически внешняя форма существования веши, оно есть обнаружение существования вещи. Явление отличают от сущности следующим образом: я познаю нечто и нечто является мне. Явление есть все чувственно воспринимаемое нами. Для понимания смысла явления в философии и феноменологии было произведено следующее различение. Все то, что нам является (то есть предстоит перед нами, видится нам) есть феномен. Феномен с древнегреческого и есть - являющееся. Но в феноменологии у понятия феномен есть два содержания. Во-первых, феномен - это явление, постигаемое в чувственном опыте (скажем, горение есть то явление огня, которое мы постигаем в опыте прикосновения). Во-вторых, феномен - это объект чувственного созерцания, которое мы должны отличать от его сущностной основы - ноумена (скажем в созерцании процесса горения мы все равно чувственно не можем познать сущность огня).

Обратившись с вопросами "что есть сущностного в мышлении, в самом сознании?" и "как сущность сознания обнаруживает себя, как осознание нам является?", Гуссерль увидел, что наше мышление всегда на что-то направлено, и, проще говоря, если мы находимся в состоянии думания, то мы всегда думаем о чем-то. То есть, мышление не направленным не бывает. А это значит, что все предметы, нас окружающие и находящиеся в горизонте нашего умственного взгляда уже находятся в нашем сознании в какой-либо форме, в каких-то определенных очертаниях. Это сущностное свойство сознания - быть направленным - получило обозначение интенциональности (от лат. intentio - намерение, тенденция, стремление).

Понятие факта культуры

В размышлениях об этих проблемах трансцендентальной  феноменологии и последователи Гуссерля и философы, исследующие феноменологические проблемы параллельно с ним, (из русских такие как В.Розанов, Г.Шпет, П.Флоренский, М.Бахтин, А.Лосев, М.Мамардашвили) размышляли и о вопросах усмотрения сущности тех смыслов и ценностей, которые составляют фактическую явленность культуры. То есть они не могли пройти мимо того, как, возможно усмотреть и уяснить в феноменах, скажем, художественной практики, в феноменах искусства движение сознания. Их интересовали конкретные научные, философские, художественные ценности (артефакты) не столько с точки зрения их содержания, а с позиции того, какого характера совершаются акты мысли в рождении и жизни этих ценностей в обществе.

Что вообще значит акт рождения мысли как акт порождения смысла, акт культурный? Рождаемость в этом отношении есть тоже самое, что выговариваемость себя миру. Когда человек производит этот акт, он как бы выговаривает себя и всей реальности собственную сущность. В результате этих актов, когда мы обнаруживаем эйдос вещи, то сама вещь в этом зримом облике помещается (располагается) в нашем сознании и тогда мы можем сказать, что сущность вещи проявляется в том, что эти вещи (и артефакты) бытуют в нашем сознании, что сознание тоже есть бытие. Закон тождества бытия и мышления, сформулированный еще в начале XIX века Г.Гегелем, как раз и показывает, что мир ценностного отношения, ценностей сознания и смысла тоже находится в модусе существования.

Феноменология культуры - это практическая феноменология.

Понятия трансцендентальной феноменологии прежде всего связаны со спецификой объекта анализа - "чистых"  форм сознания. Однако ценности сознания существуют в форме реальных артефактов. В данном случае существуют - значит рождаются и живут. Поэтому задача феноменологии культуры заключается в необходимости усмотрения смысловых напряжений в конкретных ценностях культуры, которые зафиксированы как артефакты. В рамках исследования трансценденции отец Павел Флоренский, еще только приступая к анализу истины как напряженного акта сознания, задумывался над тем, каким образом возможно проанализировать до-опытную и сверхчувственную основу такого усилия, являющегося и существующего в качестве факта культуры. И в последней своей работе "У водоразделов мысли" сформулировал эту феноменологическую задачу так: необходима разработка принципов и методов конкретной метафизики, что предполагало возможность  словесно представить, выразить, (или как говорят философы "схватить") в конкретном артефакте мерцание мгновений вечности.

Это означает, что в конкретной метафизике мы должны видеть, как в любой ценности сущность вещи есть ее бытие, существование в сфере, в области сознания; а это и есть трансценденция. То есть сущность вещи как трансценденция - есть область перехода ("переступания через пределы"), связанная с тем пространством, где совершаем мыслительные процессы, обращаясь не к нашей чувственной основе, а к тому, что почувствовать мы не можем, к тому, что находится за пределами нашего опыта. Мыслительно мы переступаем нашу опытную реальность и заглядываем за то, что находится за вещью. Когда мы так пытаемся "схватить" мерцание вечности в отдельной конкретной ценности, помещаясь в это до-(за)-опытное пространство, то наше мышление направлено не на содержание данной ценности, а на то, о чем мыслил субъект, творящий данную ценность. Так в знаменитой сказке Л.Кэрролла, Алиса попадает в Зазеркалье, шахматный король, пославший конницу к Шолтаю-Болтаю, спрашивает ее: "Что ты там видишь?", а она ему отвечает: "Я не вижу никого". И шахматный король замечает: "Хотел бы я иметь такое острое зрение, чтобы видеть никого". То есть в данном случае сказочный персонаж отмысливает не содержание того, что видит Алиса, а то, как она видит. Другими словами, феноменология культуры как практическая феноменология есть конкретная метафизика. Ее особенности основываются на человеческой способности умственным взглядом рассмотреть ту или иную конкретную ценность сознания при помощи трансцендентальной аргументации. Согласно Флоренскому конкретная метафизика - это философия, строящаяся на символах, поскольку в таком случае можно увидеть реальность, которая складывается из этих символов. И само такое знание выстраивается при помощи метафоры, переросшей в символ. Духовное как сердцевина культуры предполагается не отвлеченным от являния, а облеченным в него, в определенный чувственный образ (эйдос), который дан нашему восприятию конкретно.

Поскольку культура для Флоренского и есть символическая реальность, то задача конкретной метафизики мыслилась им как необходимость распознавания символов, этих смысловых ценностей, их дешифровки при помощи (а) зоркости и остроты вчувствования, чтобы открыть в явлении символ; (б) конкретного обследования самой материи, вещественной данности предмета и (в) духовной акупунктуры - отыскания и обследования смысловых точек (узлов) культурного пространства.

Понятие о феноменологической редукции.

Если наше сознание всегда направлено и по природе интенционально, то каким образом мы можем увидеть его "чистым", безо всяких предметов? И каким же образом в нашем случае для практической феноменологии можно обнаружить, то есть увидеть работу "чистого" сознания в конкретной ценности? На этот вопрос было отвечено и в рамках трансцендентальной феноменологии Гуссерля и в русской литературной рефлексивной практике такими писателями как Василий Розанов, Михаил Бахтин, Виктор Шкловский. Характерно, что если непосредственно к методологии феноменологической редукции такие философы как Г.Шпет и А.Лосев шли во многом, следуя основным формулировкам Гуссерля, то содержательно как инструмент анализа феноменологическая редукция была мастерски использована и обогатилась именно в анализе конкретных фактов литературной и художественной реальности.

Гуссерль предложил следующую методологическую процедуру: коль скоро продуктом нашего сознания является суждение о сущности вещи, а это ложно, поскольку мы воспринимаем не вещь, но ее явленность, то первое правило для очищения нашего сознания и его отличения от эйдосов тех предметов, которыми оно наполнено - состоит в необходимости отказа от суждений. Поскольку всякое суждение есть означивание, то отказ от суждений поможет для познания сущности конкретной вещи, тем, что мы должны как бы сотворить данную вещь заново, должны пережить мыслительный акт рождения смысла данной вещи. Лишь переживая и тем самым "рождая" данную вещь вновь в результате этого опыта, мы ее означиваем. Порождая вещь в нашем сознании - мы порождаем ее знак, который есть сигнал о наличии в данной вещи ценностного смысла.

Этот принцип получил обозначение феноменологической редукции. Редукция с греческого означает отодвигание назад, возвращение, сведение к чему-либо. Отказ от суждений предполагал остановку сознания и в тоже время запрет на суждения тем самым означал, что мы таким образом "выключаем", "вынимаем" рассматриваемый предмет из обычных эмпирических связей. А весь мир предметных связей данной вещи заключается в скобки. Нечто подобное происходило с нами в детской игре, где четко были обозначены условия игры: "Да и Нет не говорите, черный//белый не берите". То есть в этой игре вместо словесного знака "да" мы должны были сотворить (породить) другой его словесный эквивалент. Поэтому при феноменологическом анализе ценностей сознания мы должны осмыслить каков акт усилия мыслечувствования, заключенного в данной ценности.

Феноменологическую редукцию эффективно использовали многие русские писатели начала XX-ого века: Василий Розанов в своих литературно-критических статьях и особенно в анализе сакрального смысла проблемы пола, Алексей Лосев в исследованиях эстетико-исторических фактов культуры, Михаил Бахтин в исследовании поэтики Достоевского и карнавально-смеховой культуры в романе Франсуа Рабле.

ВОПРОСЫ:

  1. Изначально герменевтика складывалась как учение о …?
  2. С какими проблемами понимания мы сталкиваемся изучая чужие тексты?
  3. Чем отличаются взгляды на понимание Гадамера от взглядов Шлейермахера?
  4. В чем, по его мнению, заключается смысл текста?
  5. Ваше отношение к идеям Гадамера.

А. СУВОРОВА О ГЕРМЕНЕВТИКЕ Х.-Г. ГАДАМЕРА.

Х.-Г.Гадамер является основоположником философской герменевтики. Герменевтика сложилась как теория о предпосылках, возможностях и особенностях процесса понимания. Название "герменевтика" восходит к древнегреческому "hermeneia" - "толкование" и находится в символической связи с Олимпийским богом Гермесом, который вошел в мифологию как изобретатель языка и письменности, а также вестник богов…

Основы герменевтики как общей теории понимания были заложены Ф.Шлейермахером (1768-1834), который выделил в тексте предметно-содержательный и индивидуально-личностный аспекты. Содержание текста, т.е. то, что описывалось, было противопоставлено выражению текста, т.е. тому, как описывалось событие, особенностям стиля изложения, проставлению акцентов в тексте и т.д. Главное в герменевтике, как считал Шлейермахер, понять не предметное содержание, выраженное в мысли, а самих мыслящих индивидов, создавших тот или иной текст. Последний аспект получил названия выразительного и долгие годы был собственным предметом понимания и толкования.

Предмет герменевтики - это феномены понимания, которые лежат в основе духовно-практических ситуаций живущего в Мире человека. Герменевтические феномены, в названии которых очевидно влияние идей феноменологической философии Э.Гуссерля, рассматриваются в качестве сущностного и существенного состояния бытия человека. Активно используется и другой термин Гуссерля - смыслопорождение.

Становление философской герменевтики

Предшествующее творчеству Гадамера развитие герменевтики показало, что успех в деле понимания возможен тогда, когда отношения между субъектами понимания строятся на основе и по правилам диалога и общения. Самой большой трудностью, с которой столкнулись герменевтики старшего поколения, это - модернизация чужих текстов, рассмотрение собственной точки зрения как некоторого эталона, или, наоборот, гипертрофированное подчеркивание неповторимости и самобытности чужих текстов. И первое, и второе приводило к субъективизации процессов понимания, и, как следствие, к непониманию.

Гадамер, опираясь в своих воззрениях на Хайдеггера, предлагает рассматривать герменевтику не в качестве учения о методе и механизмах понимания, а как учение о бытии, как онтологию. …

Поэтому Гадамер рассматривает герменевтику не в качестве способности воссоздания аутентичного (авторского) текста, а в качестве возможности продолжения действительной истории текста, в построении каждым новом интерпретатором нового смысла, а по сути, нового текста.

Гадамер оставляет за каждым интерпретатором не только способность, но необходимость личностного прочтения текста, его переосмысления и переоценки, или "переписывания". Интерпретация текста состоит не в воссоздании первичного авторского текста, а в создании собственного Авторского Текста, источником которого Гадамер усматривает собственный -герменевтический - опыт. Этот опыт является основой, которая задает алгоритм понимания. Опыт "Я" становится отправной точкой формирования горизонта - горизонта понимания.

ВОПРОСЫ:

  1. Что и зачем, в первую очередь, фиксирует метод структурного анализа?
  2. Что важно, с точки зрения структурализма, синхрония или диахрония и почему?
  3. На каком основании структуралисты перенесли методы изучения языка на изучение культуры?
  4. Каким образом, говоря о первобытной культуре, структурализм избегает психологизма и субъективизма?
  5. Чем, по Леви-Строссу, «дикарское» мировосприятие совершеннее модернового?
  6. Почему субъект у Ж. Лакана – ничто?
  7. Как Вы  понимаете «кантианство без трансцендентального субъекта»?

Фролов И. СТРУКТУРАЛИЗМ

Структурализм — направление в философии XX века, как и герменевтика, непосредственно связанное с развитием гуманитарного познания. Переход в 20-50-е годы ряда гуманитарных наук с эмпирически-описательного на абстрактно-теоретический уровень потребовал изменения стиля мышления ученых-гуманитариев, изменения самого предмета исследования, а следовательно, и философского обоснования таких изменений. Структурализм выступил под лозунгом объективности и научной строгости в гуманитарных науках и был воспринят как философский подход, соответствующий эпохе научно-технической революции.

Большое распространение структурализм получил во Франции… Ведущими представителями его были: этнолог Клод Леви-Строс (р. 1908), историк культуры Мишель Фуко (1926–1984), психоаналитик Жак Лакан (1901–1981), литературовед Ролан Барт (1915–1980) и другие.

Следует заметить, что задолго до появления философского структурализма сложился структурализм как метод научного исследования, получивший название метода структурного анализа. Сущность его заключается в выделении и исследовании структуры как совокупности «скрытых отношений» между элементами целого, выявление которых возможно лишь «силой абстракции». При этом происходит мысленное отвлечение от субстратной (природной, «вещественной»; шире — содержательной) специфики элементов, учитываются только их «реляционные свойства», то есть свойства, зависящие от отношений, которые связывают одни элементы с другими. Впервые подобная структура была выделена при исследовании языка швейцарским лингвистом Ф. де Соссюром (1857–1913). В дальнейшем это перенесение внимания с элементов и их субстратных свойств на отношения между элементами и их «реляционные свойства» закрепилось как основной принцип структурного анализа: «методологический примат отношений над элементами в системе». Еще одним методологическим принципом стал «примат синхронии над диахронией». Структурный анализ предполагает отвлечение от развития системы, ее взаимодействий и изменений в разные моменты времени (диахрония), он сосредоточивается на изучении внутренних механизмов статичной системы, внутренних взаимодействиях элементов, сосуществующих в один и тот же момент времени (синхрония).

Представители французского философского структурализма перенесли метод структурного анализа языка на более сложные феномены культуры. Основанием для такого переноса является признание того, что язык есть фундамент всей духовной жизни. Поэтому в основе культурного творчества лежат языковые структуры, которые обусловливают мыслительную деятельность человека. Они находят свое выражение не только в духовной деятельности, но и в практических действиях человека, их нормах и результатах. По сути, все продукты социокультурного творчества являются языками особого рода — знаково-символическими системами. Всякая культура, согласно Леви-Стросу, может рассматриваться как «ансамбль символических систем», к которым относится прежде всего язык, искусство, религия, наука.

В своих работах Леви-Строс исследовал социально-духовные явления, характерные для жизни первобытных племен: правила браков, исчисление родства, ритуалы, формы религии и т. д. Наибольшее внимание он уделил анализу мифологического сознания. Он показал, что в мифах разных народов, которые никогда не общались друг с другом, существуют общие структуры. Одни и те же мифологические сюжеты и образы воспроизводились, по его мнению, с буквальной точностью в разных регионах мира. Причина этого в том, что логические структуры мифологического сознания являются своеобразным воспроизведением фундаментальных противоречий в жизни первобытного общества, которое на всех континентах проходит одни и те же стадии развития.

Исследуя структуры мифологического сознания, Леви-Строс стремится вычленить то, что было бы общим для всех культур и потому явилось бы выражением объективных механизмов, определяющих культурное творчество человека, само функционирование человеческого интеллекта, иными словами, раскрыть «анатомию человеческого ума». Таким образом, он пытается преодолеть психологизм и субъективизм в понимании человека и различных явлений культурной жизни, выявляя их объективную и рациональную основу. Свою концепцию Леви-Строс назвал «сверхрационализмом», который стремится интегрировать чувственное в рациональное, причем разумность (рациональность) признается свойством самих вещей.

По мнению Леви-Строса, между мифологическим мышлением далекого прошлого и мышлением современных развитых народов нет качественного различия. Логика мифологического мышления, отмечал он в своей работе «Структура мифов», мало отличается от логики современного позитивного мышления; различие в меньшей степени касается интеллектуальных операций, чем природы вещей, над которыми производятся эти операции. Более того, «дикарскому мышлению», по Леви-Стросу, свойственна гармония чувственного и рационального, которая утрачена современной цивилизацией. Подобную гармонию он усматривал в способности мифологического сознания не просто отражать, а опосредовать и разрешать противоречия жизни человека с помощью «бинарных оппозиций» мышления и языка (сырое — приготовленное, растительное — животное и т. д.).

Леви-Строс утверждает, что за этими противоположностями языка скрываются реальные жизненные противоречия, прежде всего между человеком и природой, и эти противоречия не просто отражаются в мифологическом мышлении в «зашифрованном» виде, но неоднократная перестановка и взаимозамещение «бинарных оппозиций» снимают первоначальную остроту этих противоречий, и мир человека становится более гармоничным.

Языковый материал стал объектом анализа и в творчестве Ж. Лакана, который стремился вернуться к «подлинному» 3. Фрейду. Лакан доказывает, что существует глубинная связь и сходство между структурами языка и механизмами бессознательного в психике человека. Опора на язык как проявление структуры бессознательного, по его мнению, создает возможность рационального постижения бессознательного. На этой основе он не только формулирует задачи психоаналитической терапии (исправление языковых нарушений как симптом излечения больных), но и выстраивает культурологическую концепцию личности. Согласно этой концепции существует принципиальная зависимость индивида от окружающих его людей («другого») как носителей символического — совокупности социальных норм, предписаний и т. д. Индивид застает их уже готовыми и усваивает в основном бессознательно. Отсюда субъект у Лакана является не носителем сознания, культуры, а лишь их функцией, точкой пересечения различных символических структур. Сам по себе субъект — ничто, пустота, заполняемая культурным содержанием. Свою структуралистскую концепцию личности (структура вместо личности) Лакан называл трагическим антигуманизмом, развеивающим иллюзии о человеке как свободном и деятельном существе.

В отличие от неопозитивизма, который объявляет общие абстрактные структуры лишь удобными умственными конструкциями (конвенциями), помогающими упорядочивать опыт, структуралисты пытаются обосновать объективность и общезначимость результатов гуманитарного познания. В итоге сложился своеобразный вариант кантианства, который Леви-Строс назвал «кантианством без трансцендентального субъекта». Если у И. Канта априорные формы чувственности и рассудка (понятия «время», «пространство» и др.) накладываются на поступающие извне данные чувственного созерцания и таким образом придают всеобщий и необходимый характер научному знанию, то у структуралистов роль априорных форм играют структуры бессознательного.

Меню сайта
Категории раздела
Вход на сайт
Календарь
«  Декабрь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 567
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0